До сих пор не утихает шумиха вокруг отказа команды Поветкина от проведения боя Александра с Владимиром Кличко. Тренер Александра Поветкина, Тедди Атлас объяснил решение, принятое командой Поветкина, в интервью «Спорт-Экспресс».
«Я знаю, что Саше необходим опыт, — говорит Тедди. — Именно поэтому я не хотел, чтобы он дрался с Кличко. Не хотел. Знаете, я не умею говорить стихами и притчами. Я не смогу сказать три разные вещи трем разным людям. Я умею говорить только прямо. Так вот, у Саши — до черта характера и потенциала. Но этот потенциал надо раскрыть, боксера надо развить. И этим развитием мы сейчас занимаемся: что-то меняем, что-то улучшаем. Но в итоге для того, чтобы потенциал раскрылся, нужен опыт. Только с опытом приходит уверенность в себе, которая необходима, чтобы делать все, чему я научу его. Делать это на автомате, без размышлений. Мы строим из него чемпиона. Мы выкладываем кирпичики на свои места. И это видно — кирпичи там, где должны быть. Но вот сегодня в первых раундах боя с Селдоном они кое-где осыпались. Почему? Потому что нет цемента, чтобы их держать! А что такое цемент? Цемент — моральная и умственная составляющие, уверенность, четкое знание того, что твой план сработает. Не то, что он может сработать, а что сработает. Обязательно. На сто процентов».
«Цемент — знание того, что я заставлю события развиваться так, как я хочу, а не буду ждать их развития. А как добыть этот цемент? Только опытом, только регулярными боями. Но этот паренек уже два года, как обязательный претендент, и сколько раз он за это время выходил на ринг? Все эти простои для него непродуктивны. Они ему мешают, работают против него. Из-за этого он не прогрессирует в тех областях, в которых должен. Из-за этого у него еще не все доведено до автоматизма. И я это вижу, я это понимаю. Я не так уж и много в этом мире понимаю, но в боксе разбираюсь. Моя работа — защитить моего боксера, сделать все, чтобы дать ему шанс стать чемпионом. А это значит — регулярно драться. С правильными ребятами».
«Бои. Ему нужны бои. Посмотрите на Адамека, на Арреолу, на Кличко, на Питера — они все допускают ошибки. Кучу ошибок. Но они побеждают потому, что умеют стабильно пользоваться своими сильными сторонами. А почему умеют? Потому что регулярно боксировали. Каждые два-три месяца. Мне нравится, как прогрессирует Александр, но ему необходима уверенность. Вот сегодня он отдал инициативу в начале боя, он ждал развития событий. А этого делать нельзя. Наш бизнес этого не прощает. Бессмысленно надеяться, что соперник скажет: "Хорошо, я дам тебе три раунда, чтобы ты собрал мозги в кучку". Все наоборот: соперник воспользуется твоей слабостью и похоронит тебя вместе с ней».
«Если они не хотят ко мне прислушаться, пусть возьмут кого-то еще! Знаете, мне небезразличен этот мальчик. Я даже сожалею, что вернулся в бизнес, потому что я теперь даже слишком сильно переживаю за него. Я хочу, чтобы он все делал правильно. Я хочу дать ему наилучший шанс раскрыться на 100%. Я не хочу, чтобы он дрался сейчас с кем-то из рейтинга. Мне нужно два или три боя против людей, которых я выберу. Против сильных, выносливых парней, но необязательно рейтинговых. Мне нужны ребята, в бою с которыми он мог бы разгладить все свои шероховатости, мог бы набраться уверенности, мог бы завести свой мотор, довести все до автоматики. Дайте мне двух таких парней, а потом давайте мне рейтингового! Но не бросайте в меня сейчас этими большими булыжниками! Сейчас не время!».
«Политика не должна навязывать нам план действий. Наоборот, мы должны его диктовать. Мы сами должны определять, что сейчас хорошо для нашего бойца, а не какие-то там организации — IBF, WBO или Гы-Гы-Гы. В задницу, что они думают. Мы знаем нашего бойца, у нас есть опыт и понимание бокса, мы должны решать. Они могут прилепить ярлык "обязательный претендент", но это не значит, что боксер готов! Это только означает, что тебе приписали цифру, а не то, что ты можешь драться с чемпионом. Твои мозги должны говорить тебе, когда ты готов, а не цифра, понятно?».
«Мой план таков: дайте мне бой в конце сентября или начале октября в России. Дайте выносливого, крепкого мужика, который продержался бы достаточно долго. Потом дайте мне бой в декабре. А потом, может быть, где-нибудь к февралю я возьму парня из рейтинга. Дайте мне то, что получили другие: регулярные выходы на ринг. Я получу то, что хочу, или меня здесь больше не будет. Я не подведу Сашу. Но если я не могу делать ту работу, которую обязан сделать, то как я могу ему помочь? План — это то, что я предлагаю. А когда тебе говорят: "Ты – первый номер, ты должен драться за пояс через столько-то месяцев", это не план. Это не план, черт возьми! Это приглашение встать под крышу, которая сейчас обвалится. План есть у меня, но мне нужна помощь, помощь тех людей, которые окружают Сашу. Я уверен, что получу ее. Дайте мне эти три боя, о которых я сказал. И после них давайте Кличко, где-то, через полгода. То есть примерно через год от сегодняшнего дня».
«Психология, эмоции и мозги — это главное. Тело — всего лишь армия, а ум — генерал, который ее направляет. Ум не готов, и армия марширует прямиком в болото. А как подготовить ум? Есть три важнейшие составляющие этой подготовки — опыт, опыт и опыт. Все то, что мы сейчас делаем, — часть будущего опыта для Саши. Это все, что ему не хватает сейчас для того, чтобы стать чемпионом мира... Вот и все. Моя работа с Сашей — это как уроки вождения автомобиля. Я могу учить его сколько угодно, но надо ведь и выходить на дорогу. Надо уметь водить в темноте, надо водить в пробках, надо быть готовым к тому, что какой-то придурок поедет на красный. Мы с ним уже прошли всевозможные уроки, а теперь надо выходить на дорогу. Но я не хочу сажать его сразу за руль Ferrari, я не хочу сажать его за Porsche Я хочу, чтобы он сначала проехал на нормальной машине, на нормальной скорости. Потом будет Porsche, потом будет 100 миль в час, все будет. А пока — дайте мне выйти на дорогу и ехать, черт возьми!»
